Мой полёт на Марс Вы, конечно, о нашем полете на Марс в газетах читали. Фотографии на первых страницах, поздравления, незадолго до выборов все политики с нами сфотографироваться хотели, почетные приемы, обеды, выступления в школах, сочинения для учеников четвертых классов на тему «Почему я хочу стать марсонавтом». Даже несколько самоубийств после провала на вступительных экзаменах в школу марсонавтов произошло. 

У меня после полёта на Марс дела хорошо пошли: на дискотеках c танцем марсонавта выступаю, платят хорошо. Этот танец я сам придумал, а народу рассказываю, что нас, мол, так перед полетом тренировали. Народ верит. Ну, там, школьники, студенты, воинские части, телевизионные ток-шоу - каждую неделю приглашают. У меня прейскурант есть, кто, сколько за моё выступление платить должен. Школьникам со скидкой, курсантам летных училищ подороже. Курсанты ведь все мечтают стать генералами и марсонавтами, так что пускай платят за науку. Дом, вот, в хорошем районе купил, тихо и до центра недалеко, в гараже «Мерседес» новый стоит. До этого я с женой и с двумя детьми в съёмной двухкомнатной квартире в задымлённом промышленном районе жил. Ну что же, каждый сам кузнец своего счастья. Работаю я честно и по правилам. Иначе нельзя. 

А ведь всё на волоске висело. Я вам сейчас об этом расскажу, но только между нами, по секрету. Федеральное правительство решило космическую экспедицию на Марс послать. Показать всему миру наши технические достижения, и американцам с русскими носы утереть, что, мол, тоже не хуже и можем. Вы только на Луну, а мы сразу на Марс. Да и в Баварии ихний старшой начальник отдельную баварскую космическую программу объявил, вот ведь как в кресле своём усидеть хочет. А чего, я в коротких баварских штанах без стеснения сразу на Марс могу, я так всем и сказал сразу. Проект полёта разослали в служебном порядке всем депутатам парламента для ознакомления. 

Полет дело нешуточное, денег стоит не меряно, пришлось депутатов просить спецсредства из бюджета выделить. К проекту приложили поименный список кандидатов в марсонавты. Пятнадцать военных летчиков и пять лётных инженеров с большим налетом на воздушных судах. Депутаты с проектом ознакомились, и тут началось. Первыми Левые выступили. Ну не могли они мимо такой вопиющей социальной несправедливости пройти. Вот ведь востры взглядом, всю подноготную кандидатов в марсонавты выяснили. И что оказалось? А? Ну, вы подумайте! Происхождения все эти кандидаты буржуазного, ни одного пролетария. Папеньки у них доценты-моменты-профессора-фраера-полковники-морковники, ну, буржуи, одним словом. В гимназиях хорошо учились и поведения примерного были. Уууууу, задавлы-подлизы-отличники, как о них подумаю, так во мне сразу пролетарская ненависть просыпается.   

После Левых выступил председатель Союза изгнанных и потребовал принять в команду марсонавтов своего представителя, чтобы из космоса хартию изгнанных всему миру зачитать. Это подняло бы Союз на нужную высоту в прямом и переносном смысле. А иначе он не знает, сможет ли группа изгнанных в парламенте голосовать за выделение средств из бюджета. Союз женщин тоже не захотел пройти мимо откровенного сексизма и мужского шовинизма. Ведь ни одной женщины в отряде марсонавтов нет. Женщина с кухней, с детьми и с этим подвыпившим типом справляется, а на Марс лететь не может? Кто лицо страны? Клаудия Шифер и Хайди Клюм, а не мужик какой-нибудь противно-волосатый. А как на Марс лететь, так ни одной женщины. Нее, так не пойдет, «MeToo» и доктора Christine Blasey Ford на вашу плешивую голову. Зелёные тоже против были. Им не понравился предложенный список из одних только профессиональных военных. С такой явной попыткой возрождения германского милитаризма зелёные демократы согласиться ну никак не могут. Центральный совет мусульман Германии сам как-то про полёт прознал, и тут же себе одно место затребовал. Это, по мнению совета, должно способствовать интеграции мусульман в демократические структуры современной ФРГ. А иначе они за себя не ручаются. 

Правительство, куда деваться, иначе денег не дадут, разрешило каждой парламентской фракции назначить в отряд марсонавтов своего представителя. А под конец вошло в понятие и само приняло в отряд инвалида на коляске. В Союзе изгнанных жребий метали, кто полетит, выпало Землячеству немцев из России, ну, а мне просто повезло. Видать маменькины молитвы помогли. Покойница в меня всегда верила, даже когда я с пацанами из-за девчонок дрался и домой с разбитым носом приходил. Она всегда говорила, что наверху хорошо, и я должен туда поскорее улететь. Сил её больше нет никаких на мои двойки в дневнике смотреть и по вызову в школу к училке противной бегать. 


Спасибо парламентским орлам, избранникам нашим народным, защитили простого человека. Я тогда на заводе слесарем работал, в контору землячества случайно зашёл, уход за маменькиной могилкой в Казахстане оформить хотел. Прохожу мимо одной двери, а там шум, крик, гам. Слышу, «нет, мой сын полетит, нет мой, твой недоросль в прошлом году три раза в полицию за наркотики попадал», ну и ещё чего-то, я за шумом не разобрал. Потом из комнаты дядька с красно-очумелым лицом и в съехавшем набекрень галстуке выбежал. Увидел меня, спросил, кто я, где работаю, и зачем сюда пришёл, я честно и ответил. Он меня за руку схватил и в комнату затащил. «Вот он, наш марсонавт», - представил меня дядя остальным заседавшим. Так я в отряд попал. 

Тренировки серьёзные были. Я-то ещё ничего, в деревне вырос, привык рано вставать, да и сызмальства работы тяжелой не боялся. Герду (он у нас в команде безработных представлял) тяжелее пришлось. Он сначала искренне не понимал, как раньше 12 часов дня просыпаться можно, и сильно возмущался, что в буфете пиво не дают. А когда узнал, что в полете курить нельзя, так сразу в суд хотел жалобу на отряд космонавтов подать. Чувствовал себя дискриминированным по всем позициям. Еле уговорили остаться. Обещали, что ему по возвращению пособие по безработице увеличат, по марсианскому тарифу получать будет. Тогда немного успокоился. От мусульман Селим летел. Лицо, понимаете ли, турецкой национальности, но парень хороший, быстро выучил, как в полете направление на Мекку определять, а больше его ничего не интересовало. Он клятвенно обещал, что в марсоходе ничего трогать не будет, главно, чтоб свининой не кормили.  

От женщин Кристинка полетела. Симпатичная такая, мисс Каструп-Рауксель 2018 года. Да, хлопцы, не был бы я женат….. От общей физподготовки представительница женщин отказалась, это ей не подходит. Зато ЖПН (живот-попа-ноги) упражнения часами делала. Я сначала не понял, почему лицо страны и Каструп-Раукселя так старательно попу тренирует, потом рукой махнул. Если уж жена жалуется, что я душу её не понимаю, то уж Кристинку тем более не пойму. От Зелёных Кай полетел. Он учителем в школе работает. Парень тихий, все ходил с тетрадочкой, что-то записывал. Я поинтересовался, чего это он там пишет, но он только диковато посмотрел на меня и отошёл в сторону. Ну, да ладно, главное, чтобы не храпел, во время полёта жить придется всем в одной комнате, только Кристине, как женщине и лицу Каструп-Раукселя отдельное помещение выделили. 

В общем, через полгода полетели. Спрашиваете, как можно за полгода марсонавтов подготовить? А дублёры на что? Эти представители эксплуататорских классов на службе народа очень даже много пользы принести могут. Да мы на них в полете внимания не обращали, суетятся там какие-то в серых комбинезонах. То в моторный отсек полезут, потом рядом пройдут, так маслом машинным пахнет, хоть стой, хоть падай, то в радиорубку бегут зачем-то, как сумасшедшие, несколько раз Кристину толкнули, когда она своё лицо страны обрабатывала. Пришлось попе из Каструп-Раукселя на них шикнуть, стали осторожнее ходить. Когда по телевидению репортажи с борта марсохода передавали, дублёры уходили в свои отсеки, мы их для надёжности там запирали, что бы не выскочили ненароком в неправильную минуту.  Мы за этим четко следили, особенно инвалид на своём кресле перед эфиром все помещения объезжал. Как краешек комбинезона заметит, так своими колесами по нему проедет больно. Серые комбинезоны смышлеными оказались, быстро прятаться научились. Один раз только серенькие на нас накричали, когда Кай за какие-то ручки дергать стали. Ну, здесь мы серых поддержали и Каю внушение сделали, не взрываться же в космосе из-за этого любопытного учителя.  

На Марсе мы пробыли недолго, я тоже один раз вышел вместе с дублёрами; Собрали какие-то камешки, пыль в пакетики набрали, почву марсианскую немного побурили, какими-то приборами чего-то измерили, я в этом мало что понимаю. Я в своём цеху на сборке стоял, с приборами не работал. Я зато марсианам быстренько хартию изгнанных зачитал, никто не услышал, но на пленку мою речь записали. Остальные наши в марсоходе остались, у них дела поважнее были: Кристинка заднее лицо тренировала, Герд учился галстук завязывать, после прилета сразу прием в правительстве, а он галстука в жизни не носил. Селим, как обычно, молился за успех экспедиции и не отвлекался на мелочи, Кай чего-то в свою тетрадочку записывал, а инвалид фотогеничный выезд коляски из марсохода отрабатывал. 

Обратно летели скучновато, и рассказывать особенно нечего. Инвалид, оказывается, хорошо играл в скат, мы перекинулись по маленькой, да так увлеклись, что и не заметили, как прилетели. Предлагали Кристине на раздевание с нами сыграть, до сих пор жалко, что она отказалась. В общем, через три недели все в бодром настроении вернулись на космодром. На космодроме нас уже правительственная делегация в сопровождении прессы встречала. Порядок выхода из марсохода мы в карты разыграли, так что споров не было. На записи нашего торжественного выхода хорошо Кристину видно, она первая выходила, но почти сразу назад упала. Комментатор телевидения предположил, что это она от усталости и перегрузок в полете силы потеряла. Это Кристинка-то с её ежедневной ЖПН тренировкой? Хорошо, комментатор не усёк, почему она качнулась. Это один серенький попытался, было, попрек батьки сунуться на выход, сказал, систему какую-то срочно проверить надо. Врал, конечно, славы нашей захотел. Кристина его ловко ногой лягнула, инвалид коляской в печень заехал, Селим серенького тут же в подсобке запер. Что б своё место знал. Кристинка размах ноги маленько не рассчитала, вот и качнуло её назад. 

Дублёры потом еще несколько часов в марсоходе сидели, ждали, пока публика вся разойдется. Их позже на спецмашине увезли. Вот повезло людям с нами на Марс слетать. А ведь если бы не мы, не получила бы программа полёта государственного финансирования, так бы и летали они себе на своих обычных самолетах. Хоть бы карточку с благодарностью написали, так нет. Ну, народ, ему доброе дело сделаешь, а он даже спасибо не скажет. 

С Каем, правда, закавыка произошла, его спецслужбы арестовали. Вроде как иранским шпионом оказался. Шпионил сукин он сын с целью развития мирных иранских межконтинентальных баллистических ракет. Эти ракеты должны были в Америку срочные посылки доставлять. Американцы фишки почему-то не поняли, а подумали, что их ракетами бомбить будут. Америкашки перехватили какое-то сообщение от Кая в адрес центрального офиса иранской голубиной почты и сдали зелёненького местным немецким кгбэшникам. Кая вроде и денег не брал, за идею работал, как пламенный борец с империализмом, колониализмом и сионизмом. Ну, сам виноват, в политику сунулся, а мог бы как я, в своем доме жить. Единственно, жена подозревает, что у меня с Кристинкой что-то было, как я не клялся, что чист я перед ней, не верит. А в остальном у меня всё хорошо. 

Михаил Рушанов